ГлавнаяАналитикаСоциально защищенные

Социально защищенные

Сегодня в Донецкой  области насчитывается порядка 10 тысяч детей-сирот и детей, лишенных родительской опеки. Из них более 7 тысяч находятся под опекой или попечительством. Остальные помещены в учебно-воспитательные учреждения. Как правило, дети попадают под «крыло» государства не сразу. За 2012 год в роддомах Донецкой области было зарегистрировано 83 отказа матерей от своих новорожденных детей. Согласитесь, это слишком малая доля от общего числа детей-сирот в области. А пояснить такую статистику можно очень легко. Деньги, которые горе-родители получают в первые годы жизни малыша, буквально, кормят, а чаще поят семейство. Только, когда ребенок подрастает, от него становится мало толку и больше хлопот,  можно не сопротивляться местному участковому и службам по делам детей.

Сейчас в Донецкой области функционируют 30 специализированных  учреждений различного типа для детей. Есть  приюты для детей-сирот, несколько интернатов, дома малютки. Также в области насчитывается 42 детских дома семейного типа и 310 приемных семей.

Но как часто мы слышим о жизни малышей в стенах детских домов и интернатах? После того, как на всю страну и зарубежье прогремел скандал с Торезским домом-интернатом, максимум, что можно услышать в прессе о жизни сирот – как много подарков подарили им коммерческие организации, депутаты и местные власти. Постоянный голод, издевательства и побои – такой сложилась картина о детских домах и интернатах в Донецкой области после скандального расследования американских журналистов.  Сегодня, когда скандал давно утих, в прессе информация о жизни воспитанников в интернатах и детских домах области почти не появляется. А ведь есть, о чем рассказать.

Ольга (имя изменено) была вынуждена отдать своего трехлетнего сына в дом малютки. Молодая семья была просто не в состоянии должным образом ухаживать за ребенком, больным детским церебральным параличом. К тому же малыш был предрасположен еще к ряду хронических заболеваний.

«Ухаживать за таким ребенком в домашних условиях очень сложно, и мы после долгих раздумий, как поступить лучше, все же решились отдать Артура (имя изменено) в детский дом, где нас убедили, что ему там будет лучше», - рассказала Ольга. По словам матери, за ребенком нужен был не просто круглосуточный уход, но и сложное медикаментозное лечение, специальные процедуры.

«Теперь все социальные выплаты по закону перечислялись на счет детского дома, при этом я продолжала навещать своего ребенка», - отмечает Ольга.

Спустя две недели после того, как семья отдала ребенка в детский дом, он заболел воспалением легких. «Я, конечно же, легла в больницу вместе с сыном», - говорит Ольга. Артур оказался единственным ребенком с мамой в палате. Остальные больные детки были «отказниками», т.е. большую часть времени они предоставлены сами себе, и в определенные часы – нянечкам.
По словам Ольги, согласно правилам, у больницы при детском доме должна быть вся необходимая одежда для поступающих детей-сирот. Но, это далеко не так.

«Кроме майки и трусиков или, в лучшем случае, подгузников, на них ничего не было.  Более того, нянечки часто забывали кормить малышей. Бывало так, что одного они кормили по несколько раз подряд, а другой оставался вообще без питания в день – они просто забывали, кого покормили только что, а кого – вообще не кормили», - вспоминает Ольга.

После того, как она с малышом выписалась из больницы, прошла буквально неделя, и Артур снова заболел. Снова воспаление легких.

Как рассказала сама Ольга, врачи объяснили ей такое поведение организма ребенка сменой обстановки, мол, дома – уют, атмосфера и общий микроклимат другой, который сравнивать с детским домом не нужно. Тогда родители твердо решили, что по выздоровлению Артура, они заберут его домой. Но мальчик умер, пролежав около месяца в коме. Ольга уверена, что кома стала результатом передозировки медикаментами, которыми врачи пытались вылечить ее сына. Мальчик просто не выдержал «секретной» терапии, о которой родителям до сих пор ничего неизвестно. «Они не предоставили нам ни списка лекарств, которыми лечили Артура, ни тем более дозировку. Мне просто на словах было сказано: лечим тем-то. И все. К тому же, чаще всего меня не пускали к нему в палату», - вспоминает Ольга. Можно предположить, какие лекарства готова потратить больница на ребенка-инвалида, учитывая, что средств не хватает даже на одежду. По словам матери, трехлетний Артур за все время пребывания в детском доме потерял более 10 килограммов веса.

Воспитатели подобных детских учреждений не скрывают, что чаще всего дети-инвалиды, воспитывать которых отказались их собственные родители, не доживают до дня своего совершеннолетия.

«Не надо спихивать всю вину на работников социальных служб и воспитателей интернатов. К нам поступают дети с очень тяжелыми формами инвалидности, которые просто обречены на недолгую и, к сожалению, безрадостную жизнь. И в этом, в первую очередь, виноваты сами родители, не без помощи которых, их дитя появляется на свет именно таким», - рассказала нам одна из воспитательниц детского дома  в Донецкой области. По ее словам, средняя зарплата воспитателя в детском доме составляет чуть выше 2 тысяч гривен в месяц – все зависит от стажа работы. «А ведь это работа не просто с детьми, это работа с тяжелыми детьми.  К каждому нужен подход. С каждым надо успеть позаниматься. Естественно, мы не успеваем», - объясняет воспитательница. При этом женщина даже не стала отрицать, что большинство нянечек могут позволить себе резкое обращение с ребенком просто потому, что у них «сдают нервы».

О своих впечатлениях нам рассказала дончанка Полина, которая в прошлом состояла в волонтерском движении. «Целью нашего движения была, прежде всего, не материальная помощь, а духовная. Мы знаем, что у воспитателей, как правило, не хватает времени для того, чтобы дети полноценно развивались. Мы готовили различные развивающие программы-игры  для них, старались как можно больше общаться с детьми. Но меня поразило то, что большинство ребят в детских домах и интернатах привыкли к тому, что если к ним приезжают гости, вроде нас, то они обязательно должны быть с подарками. Когда мы к ним в первый раз приехали знакомиться в один из макеевских интернатов, первый вопрос детей к нам был: «А что вы нам привезли?». Узнав, что у нас для них ничего нет, огоньки в глазах потухли  очень быстро», - вспоминает Полина. Такое поведение детей в первую очередь говорит о том, что волонтеры были далеко не первыми, кто изъявил желание помочь детям. Также, по словам Полины, этим детям сильно не хватает образовательных программ. «Когда я ехала в интернат, то ожидала увидеть там действительно отстающих в умственном развитии детей. На самом деле, это скорее самые обыкновенные способные дети, с которыми просто никто не занимается. А еще, этим детям внушили, что они не такие как все», - считает девушка.

Хуже обстоят дела в учреждениях, где находятся дети с тяжелыми формами инвалидности. Они, как правило, гуляют и видят вдвое меньше остальных.

«В Донецке есть такие интернаты, где волонтеров пускают к детям без каких-либо справок о состоянии здоровья. С одной стороны это хорошо. Но, когда воспитателям глубоко наплевать, кто я, куда я повезла ребенка гулять, что я с ним буду делать – это перебор», - рассказала нам Ирина, которая работала волонтером с проблемными детьми в одном из детских домов Донецкой области.

Однако далеко не все проблемы детских домов стоит списывать на халатность врачей и воспитателей.  Ни руководство детского дома, ни его воспитатели не смогут предоставить детям должное лечение и уход, если, к примеру, государство не обеспечит учреждение достаточным финансированием - таким, чтобы не только на одежду хватило, но и на медикаменты, в которых нуждаются дети. И все же большое количество хорошо профинансированных детских домов  - это далеко не решение проблемы социального сиротства в Украине. Это всего лишь первый шаг, который наше государство не хочет сделать.

Комментариев нет